yajohn | про Венецию

Экстремальный туризм по Венециански: трагетто. Женщины ступая на шаткий борт гондолы издают беззвучное "ах", а потом розовея ланитами и дымясь плавно стекают вниз; ведь руку им галантно подает настоящий гондольери, реликтовый настоящий мужчина, последний из магикан племени гондольеров, большая часть которых продает себя на каждом углу Каналаццо любому желающему по сходной цене. Трагетто стоит символические 50 центов и этим напоминает мне Венскую оперу, в которую можно официально попасть по билетам за два евро.

Трагетто доставило нас прямо к рыбному рынку.

Наконецто у меня есть обьектив с углом достаточно широким для того чтобы захватить венецианские вертикали.

И достаточно широким чтобы уместить "гребенку" гетто.

Видимо ни один индивид снабженный фотокамерой не способен покинуть гетто не сделав этого кадра.

Уже упоминавшаяся аллегория "Венеция и Туристы".

Бродский писал что лагуна - величайшее из венецианских зеркал.

И опять широкие углы

Это один из моих любимых домов в Венеции, каждый раз проходя мимо я здороваюсь с ним.

Он же, но не с чайкой, а с гондольером.

Такие бесконечно банальные картинки... Но мне жаль тех кто побывал в Венеции и не привез с собой таких. Вот и я беру их с собой раз за разом.

А на следующее утро был дождь

И вапоретто доставил нас на психоделический Бурано

Который нимало не изменился.

Бурано остается самим собой даже в дождь, даже под серым и мутным, каким-то питерским небом.

И хозяева у острова все те же.

А вечером, вернувшись с островов, мы вышли на Сан Марко. И увидели первые раскаты апокалипсиса, евпочя. И пускай я смешаюсь и сольюсь с оголтелой толпой туристов идиотически радующихся атракциону, пусть смотрят на меня свысока венецианцы, но я не в силах выносить это зрелище, равно как не в силах и не смотреть.

Тем же вечером портье в гостинице сказал, что завтра, около семи утра ожидается Acqua alta, высокая вода. Так сложилось, что за все наши многочисленные посещения Венеции мы ни разу не видели высокой воды. На следующее утро подьем был ранний.

Вообще говоря есть два совершенно разных способа увидеть Венецию. Первый - наиболее распространенный. Следует позаботится об удобной обуви, обзавестись подробной картой и путеводителем. И затем рысью обскакать желаемые достопримечательности. Второй, весьма редкий. Если говорить об одежде и обуви, то я бы сформулировал так: обуваться и одеваться следует в то, в чем бы вы предпочли быть похоронены. В город следует явиться одному, вечером, ближе к полуночи, в идеале в туманную ночь. Туман, впрочем, может успешно заменить фляга с крепким спиртным. Идти же следует на огни, зримые или воображаемые.

Впрочем, есть еще один способ увидеть Город. Обувь в этом случае - резиновые сапоги.

В семь утра базилика Сан Марко была открыта, но не для туристов, а для утренней службы. И заглянув внутрь я увидел то что много раз представлял раньше. Шок и трепет - вода на мозаиках Сан Марко.

На Пьяцце было еще совсем пусто, лишь рабочие расставляли мостки, несколько фотографов деловито ищущих ракурсы да традиционный блаженный, восторженно бродящий по воде босиком. Ну и мы, грешные.

Зрелище странное. Не столь страшное как вода поднимающаяся из водостоков. Слишком уж спокойна вода. Слишком неожиданна тишина на Пьяцце, после привычного уже на ней нескончаемого гомона и музыки. И дворец дожей как-то очень на месте посреди непрерывной водной амальгамы лагуны. Его строили, видимо, исходя из того что он будет отражаться в воде.

Привычные, "открыточные" виды на набережной стали неосязаемо другими. Изменился тон и ритм тяжелого хлюпанья гондол о воду, зыбче стало эхо, лагуна приблизилась, а Сан-Джорджо стал дальше.

Нужно сказать что прошлым днем сильно дождило, да и ветер с лагуны был весьма сильный и Венеция превратилась в кладбище зонтиков. А вот этот стал героем утра.